Игра [Geim] - Андерс де ла Мотт

Ребекка только слегка кивнула в ответ.

— Нападавшие же, согласно показаниям надежных свидетелей, убежали в сторону площади Густава Адольфа и скрылись в торговом пассаже «Галерея». Наши коллеги-полицейские потребовали остановить движение метро, но, пока успели связаться с начальником метрополитена, с центральной станции ушло как минимум четыре состава, а также еще один — со станции Кунгстрэгорден, так что если эти ребята не собирались, как тупые идиоты, смешаться с толпой на площади Сергельсторг, то они сто раз могли бы скрыться и просто уехав на метро. — Рюнеберг пожал плечами. — Преимущество всяких шкод средь бела дня в центре города состоит в том, что так скрыться гораздо легче, чем думают многие, — резюмировал он. — Пока ты наводила марафет, я еще успел провести краткую беседу с твоим шофером, господином Йоранссоном. Он утверждает, что ты велела ехать вперед к МИДу и ждать вас там, что стало причиной отсутствия безопасного пути эвакуации, — продолжил Рюнеберг с серьезным лицом.

Ребекка чуть не подпрыгнула.

Мало того что Бенни проигнорировал ее приказ и подверг опасности и ее саму, и охраняемое лицо, так эта жирная тварь еще и лжет на всю катушку. Валит все на нее, вот это наглость! Если бы он делал свою работу как надо и машина была бы на месте, она бы справилась со всем сама, не пришлось бы ни у кого просить помощи!

Она уже открыла рот, чтобы возразить, но шеф поднял ладонь, останавливая подчиненную:

— Спокойно, Нурмен! Можешь ничего не говорить, я знаю, что мерзавец врет. За эти десять месяцев никто не действовал в таком четком соответствии с инструкциями, как ты. Ты делаешь все, тщательно продумав на сто шагов вперед и назад, и все коллеги говорят о твоей работе только хорошее. Профессионал на двести процентов — это слова, сказанные о тебе намедни одним из коллег. Вообще-то ты отличный телохранитель, Нурмен… При том что ты настоящая хитрая лиса, скажем так… — При последних словах он ухмыльнулся. — К тому же этот Йоранссон врать не умеет. Потел, как лошадь, и к концу нашей беседы уже почти рыдал. Уже час, как он на рынке труда, и мне наплевать на то, что скажет профсоюз… Я своими руками спустил гада с лестницы черного хода, — закончил свой рассказ Рюнеберг и довольно подмигнул Ребекке, как бы подтверждая, что он сделал буквально то, что сказал.

«Как мальчишки в песочнице», — вздохнула женщина про себя, прежде чем сообразила, что шеф вообще-то ее похвалил. На какую-то секунду она в знак уважения потупила взор, подтверждая свою роль благодарного подчиненного. В их ведомстве очень важно демонстрировать, что ты всем доволен, и вписываться в коллектив.

Тот факт, что охранник ей помог, все еще доставлял небольшое беспокойство, но Людвиг Рюнеберг только что назвал ее хорошим телохранителем, и это, вообще говоря, совсем недурно для лисы-новичка.

Совсем недурно!

Эйч Пи досчитал про себя до десяти, еще раз для надежности взглянул через окно на перрон и шагнул к мужчине в плаще. Тот с удивлением посмотрел на него, подняв взгляд от газеты, которую только что достал из кармана пиджака.

— Передай Манге, что он как был муслим недоделанный, так им и остался! — крикнул Эйч Пи в ухо мужчине, выдернул зонт из пакета и как раз перед тем, как двери начали закрываться, выскочил на перрон.

Приземление было таким жестким, что он чуть не потерял равновесие и был вынужден сделать пару гигантских прыжков, чтобы не упасть плашмя носом в асфальт.

«Твою мать!» — подумал Эйч Пи, убегая к лестнице в конце перрона. Отход оказался не таким эффектным, как он планировал, ну и фиг с ним. Зонт у него в руках, задание выполнено, к тому же не осуществился ни один из кошмарных сценариев, о которых он думал. Зонт он вытащил без проблем — никаких тебе взрывов, фонтанов воды или ухмыляющихся телеведущих, сообщающих, что он только что принял участие в съемках «Розыгрыша», «Скрытой камеры» или какой-то еще подобной программы на Третьем канале.

Не считая того, что он чуть не упал, все остальное прошло как по маслу, и Эйч Пи наслаждался тем, как по жилам растекается адреналин, изгоняя последние следы похмелья.

А не такой уж плохой прикол, вообще-то! Как удивился этот тип, когда он попросил передать привет Манге.

Хохоча во всю глотку, Эйч Пи в пять скачков преодолел лестницу и побежал дальше через станцию, выскочил наружу на улицу Рёрстрандсгатан; когда уже подбегал трусцой к площади Санкт-Эриксплан, пот лил с него ручьями, но одышки при это как ни бывало.

Вообще он всегда отлично бегал, еще со школы. В остальном мало на что был способен, но вот смываться — это он умел отлично.

Сотрудников на входе на эту станцию не предусмотрено, только автоматические турникеты, поэтому надо просто через них перепрыгнуть. Хотя и контролер бы его не остановил. Никогда в жизни не заплатил он ни за одну поездку в электричке или в метро, даже когда деньги были. Это вопрос принципа. Power to the people![15]

Лишь сев в вагон, Эйч Пи обнаружил, что телефон по-прежнему у него на ремне брюк. Отцепив его, он посмотрел на дисплей:

Поздравляем, Эйч Пи!

Ты только что успешно завершил пробное задание, и твой счет пополнился на 100 баллов. Телефон теперь разблокирован. Нажав иконку «Игра», ты найдешь информацию о том, как продолжить играть.

Особенно рекомендуем изучить раздел «Правила Игры» и хорошо подумать, прежде чем решить играть дальше.

Если ты предпочтешь отказаться, мы расстаемся на этом пункте и просим тебя бросить телефон в почтовый ящик на улице Бельмансгатан, дом 7.

С наилучшими пожеланиями,

Гейм-мастер

— Я хочу перевести тебя в другое место, — сказал Рюнеберг. — Мы председательствуем в ЕС, поэтому «Альфа» ищет новых людей. Конечно, ты довольно молода, но с учетом сегодняшнего происшествия мы с Вахтолой считаем, что ты подходишь именно для этой работы. Начинаешь в понедельник, если только наш дорогой психолог Андерберг не будет иметь каких-либо возражений. Вопросы есть?

Женщина покачала головой.

— Классная работа, Нурмен. Продолжай в том же духе, и ты многого добьешься! — закончил он свою речь и откинулся на спинку кресла. — Через десять минут у тебя разбор полетов с Андербергом. Постарайся, чтобы все прошло гладко, потом можешь отдыхать. На этом всё. Я — в спортзал.

Шеф встал, обозначив тем самым, что разговор окончен, Ребекка сделала то же самое. Голова у нее шла кругом, ей так и не удалось сдержать улыбку, что было не совсем профессионально.

Группа «Альфа», усиленное подразделение, элита Отдела личной охраны. С понедельника она — одна из них. Больше никаких заданий для новичков, только квалифицированная работа телохранителя.

Молодец, Нурмен, умная девочка!

Через девять с половиной минут, стучась в дверь кабинета психолога, она все еще не могла справиться с поселившейся на губах предательской улыбкой.

Глава 03

Are you really sure you want to enter?[16]

Когда в дверь маленького душного магазинчика позвонили — мелодия представляла собой первые такты темы из «Звездных войн», — Магнус Сандстрём, или, как он теперь себя называл, Фарух Аль-Хассан, и бровью не повел. Он просто продолжил спокойно читать мятый номер газеты «Метро», расправив его перед собой на прилавке, и едва удостоил вошедшего посетителя взглядом.

— Салям алейкум, брат Эйч Пи! — пробормотал он, почти не раскрывая рта.

— Здорово, Манге! — хмыкнул в ответ Эйч Пи и расхлябанной походкой приблизился к прилавку. — Что пишут? Дай-ка угадаю: экономический кризис усугубляется, «Байен»[17] продул, а какие-то кретины что-то где-то взорвали, вероятнее всего в Багдаде, Бомбее или, может, на Лимпопо.

— В Португалии, — вздохнул Манге и неохотно поднял глаза от газеты.

— Чё?

— В Лиссабоне какие-то психи что-то взорвали — похоже, шикарную яхту. И никто не может понять зачем. Ну, два из трех ты угадал. Чертов «Байен» слился, как обычно. — Он сложил газету, уныло выпрямился и добавил с безнадежностью в голосе: — Кстати, ты же прекрасно знаешь, что меня следует звать Фарухом.

— Конечно, знаю, Манге, душка! Если тебе так хочется быть второсортным муслимом, нет проблем! — Эйч Пи выразительно посмотрел на наряд Фаруха — шаровары, шелковый жилет и длинную рубаху. — Но не жди, что я поверю во всю эту лажу. Ты был Манге в начальной школе, а также когда мы курили сигареты твоей мамаши за «Консумом»[18] и когда ты потерял невинность с той жирной финкой в палатке на рок-фестивале в Хультсфреде. Так что для меня ты — тот самый Манге, независимо от того, что на эту тему думает твоя жена или твой нынешний бог, хорошо?

Манге-Фарух снова вздохнул. Спорить с Эйч Пи, когда тот был в подобном настроении, не имело смысла, он с давних времен это знал. Лучше сменить тему; как правило, такая тактика работала. И, как правило, Эйч Пи было легко отвлечь.